19 марта 2019
Интернет в России всегда был особой площадкой выражения определённой свободы граждан. Однако любая свобода несет за собой большую долю ответственности. Но в этом случае российское правительство увидело здесь скорее долю опасности в том, что эта «излишняя свобода» слова во всемирной паутине может быть использована гражданами против него самого. Так, меры по ограничению Интернета в России не заставили себя долго ждать: первые шаги начались еще в 2018 году
21 июня 2018
Завершающая часть интервью с Борисом Култашевым. Предыдущие части доступны по тегу "Борис Култашев". - Вот ты потом общался со всеми ними, с Вершининым, Малышевым, Пешковым? Что они говорили, каждый? - Я Вершинину задал вопрос: «Почему ты пошёл на это? У нас с тобой никаких конфликтов не было, что подтолкнуло?». «Не знаю, – говорит, – просто Малышев попросил подвезти, увезти». - Вот он даже не поднимался. - Нет, не поднимался, он в машине сидел

Суд приговорил двух жителей Томской области к выплате штрафа в 3 тысячи рублей по статье "Распространение экстремистских материалов".
Как сообщил информационно-аналитический портал "Сова", они разместили в соцсети мультфильм "Лицо фюрера" из серии про Дональд Дака.
Фильм включен в российский Федеральный список экстремистских материалов в 2013 году под пунктом 2030, где он фигурирует под названием "Дональд Дак и фашизм (запрещённая серия)". Этот мультфильм был снят в 1942 году в рамках антигитлеровской пропагандистской кампании, которая велась в США во время Второй мировой войны. В 1943 году режиссёр Джек Кинни получил за эту работу премию "Оскар", а в списке 50 величайших мультфимов, составленном историком анимации Джерри Беком, "Лицо Гитлера" занимает 22 место.
В Федеральный список экстремистских материалов мультфильм был внесён среди большого числа видео, в основном действительно расистских, размещённых "Семёновым Станиславом Сергеевичем". Возможно, что при вынесении решения суд не рассматривал каждый ролик в отдельности, а запретил их все общим списком. Это в очередной раз свидетельствует о ненужности и даже вредности Федерального списка как инструмента и напоминает, что наилучшим выходом был бы отказ от него.